top of page
Поиск

Атомный пастырь: когда наука становится исповедью

Фото автора: George Zavershinskiy
George Zavershinskiy
7 дней назад
2 мин. чтения
Английское издание романа «Атомный пастырь» Георгия Завершинского.

Что остаётся человеку, когда жизнь, посвящённая познанию, подходит к последней черте? В «Атомном пастыре» память о Чернобыле соединяет судьбы учёных, священника и тех, чьи решения уже невозможно отменить. Поиск истины становится личным вопросом совести и ответственности.


Из пролога романа «Атомный пастырь»


Иссиня-бледное лицо лежащего на больничной постели человека не подавало особых надежд — его состояние не улучшалось. Напротив, было ясно, что ему становится хуже. Рядом с постелью на невысоком стульчике сидела миловидная женщина средних лет. Её худощавое лицо было сосредоточенно, очки сползли на нос, а в широко открытых больших глазах читалось: я с тобой, рядом, и так будет всегда! Глубина её бесконечной заботы наводила на мысль об особенной близости этих людей. И действительно, они были супругами.


— Анечка, милая, — ясно произнёс мужчина, — ты не могла бы подложить мне подушку, чтобы поудобней присесть на кровати?


— Да, Саша... — она пристроила подушку к железной спинке кровати. — Так хорошо, тебе удобно? Достать твои дневники?


— Прекрасно! — он присел и улыбнулся. — Да-да, пожалуйста, — блокнот и ручку, они в тумбочке.


— Не могу найти, где они? — Она открыла верхний ящик и заглянула внутрь.


— Ну там, на верхней полочке, рядом с футляром для очков, пошарь рукой...


— Ага, кажется, нашла... футляр.


— Ну и... смотри там справа.


Анна склонилась над тумбочкой у постели своего мужа. Он тревожно следил за ее движениями. Так пациент смотрит за движениями медсестры в ожидании обезболивающего укола. Ещё немного и отпустит... бесконечно тянущаяся боль ослабнет, а потом затихнет совсем.


— Поройся там, как следует, Аня.


— Вот, нашла наконец!


— Спасибо, — его словно что-то отпустило, — ты же знаешь, моя терапия — писать и писать, не останавливаясь, чтобы не потерять мысли. И главное, успеть дописать.


— Да, Саша, знаю.


Наконец появился блокнот с надписью «Исповедь» и ручка. Больной успокоился и, поудобней расположившись на постели, с благоговением приступил к просмотру текста.





Георгий Завершинский

 
 
 

Недавние посты

Смотреть все

Комментарии


bottom of page